Вахтанг КикабидзеЕго дом в Тбилиси на улице Тициана Табидзе словно музей. Старые афиши, фотографии, картины. И куча разноцветных удочек. Рыбалка — еще одна страсть хозяина, помимо музыки и кино.
“Если продать все эти удочки, на квартиру точно хватит”, — усмехается Сосо Абзианидзе, друг и многолетний продюсер Вахтанга Кикабидзе. 
Для всей Грузии он до сих пор просто Буба. Именно так когда-то прозвала мама — в честь первого слова, которое в жизни произнес. 

— Фрунзик — несчастнейший человек. Неизлечимая болезнь жены и сына надломили его. Он заливал горе. Хотя на съемках никогда не видел его пьяным! 
— А как же знаменитые танцы в “Мимино”? 
— Это не считается. Снимали в ресторане гостиницы “Россия”. Пока часа три устанавливали свет, аппаратуру, нас с Фрунзиком зазвала шумная компания, которая там гуляла. Туда-сюда, закусили, выпили. Потом звучит команда: “Приготовились! Камера! Съемка!” А мы уже готовы — по бутылке водки принять успели. Ничего, сыграли. 
— Данелия знал? 
— Тогда нет. Ему позже рассказали. 
— Ругался? 
— Нет. Посмеялся... Интересно с Женей Леоновым получилось. Он очаровательный человек, очень добрый. И совершенно не пьющий. Как-то шли съемки в Эстонии на озерах. Местные рыбаки приготовили уху, пригласили нас с Женей. Хотели рюмочку плеснуть, он ни в какую. Я объяснил, что Леонов не пьет. Те поразились: “С такой внешностью?!” Поверить в это было действительно трудно. Лицо-то — как у ханыги. 
— Мы о Фрунзике не договорили. Реплик “я так думаю!”, “я один умный вещь скажу, только ты не обижайся”, “я там так хохотался!” не было в сценарии “Мимино”? 
— Конечно, нет. Это не напишешь. Даже в голову не придет. Все придумал Фрунзик. Он так разговаривал. Мы решили обязательно использовать это в фильме. Я лишь совет дал: “Старайся произносить фразы интеллигентно”. И он сохранял такую интонацию. “Вы почему кефир не кушаете? Не любите?” Вроде ну что особенного? А из уст Фрунзика запоминалось сразу. 
— Дискуссии между армянами и грузинами, кто древнее и лучше играет в футбол, были всегда. С Фрунзиком тоже спорили? 
— Это старая байка. Ей столько лет, сколько футбол существует. Но с Фрунзиком его не обсуждали. Я и не знаю, был ли он болельщиком. 
— Когда виделись последний раз? 
— Он позвонил мне из Еревана. Обиделся на местные власти, что никак не мог добиться разрешения купить “Волгу”. В те годы для этого нужен был жуткий блат. Говорю: “Ты в Тбилиси приезжай. Здесь Шеварднадзе тебе любую машину даст”. И он приехал. Уже больной, исхудавший. Когда вошли в кабинет Шеварднадзе, тот так обрадовался Фрунзику, что моментально все подписал. Спрашиваю: “Эдуард Амвросиевич, а мне?” Он отмахнулся: “Тебе автомобиль рановато...” Нет-нет, после этого еще разок с Фрунзиком встретились. 
— Где? 
— Снова в Тбилиси. Про Фрунзика готовили документальный фильм, попросили о нем рассказать. Я свалился с гриппом, температура под сорок. Но отменять съемку было неудобно. Мы в ресторанчике побеседовали. Через год наткнулся по телевизору на эту запись. И поразился. 
— Чему? 
— Фрунзик, наверное, чувствовал мое состояние. Весь разговор он трогательно гладил меня по щеке. А я даже не заметил! На пленке это осталось... У меня в июне был концерт в Армении. Когда возвращались, притормозили в Дилижане. Там в 2011-м установили памятник персонажам “Мимино” — Рубику, Валико и Волохову. Ребята-музыканты сфотографировались. Рядышком кафе. Хозяин увидел нас, выскочил, зазывал к себе. Я извинился: “Спасибо, но мы только-только пообедали...” 
...Когда интервью завершилось, Кикабидзе проводил нас до калитки. А батоно Сосо вручил по футболке. С героями “Мимино” и бессмертными фразами. На одной стороне Валико Мизандари: “Ларису Ивановну хочу!” На другой — Рубик Хачикян: “Пусть подругу возьмет!”

sport-express-logoЮрий ГОЛЫШАК
Александр КРУЖКОВ
“Спорт-экспресс”, 11.07.2014 г.  (С сокращениями)