Фрагмент статьи "Если тебя бьют, ты ему не должен песни петь"

Вахтанг Кикабидзе в фильме – Многие вас помнят по фильму "Мимино". Вы не могли бы вспомнить о ваших отношениях с Фрунзиком Мкртчяном, вашими друзьями, вместе с которыми вы играли в фильмах? Мы знаем, что у вас были дружеские отношения с Поладом Бюльбюль-оглы, может быть, вы общаетесь до сих пор. Вообще, что значили для вас отношения с людьми разных национальностей?

– Я по натуре, наверное, интернационалист, потому что я всегда считал, что национальность – это придуманное название. Просто один человек говорит на одном языке, другой говорит на другом языке. Одна голова, две руки, две ноги. Сегодня такое совпадение, что два часа до вас здесь журналисты были по киношной линии, мы очень долго говорили о Данелия, о "Мимино", о "Не горюй", об этих фильмах, об этих актерах. И опять тот же вопрос. Мкртчян очень талантливый человек с тяжелейшей судьбой. Когда я его первый раз увидел, я поразился тому, что у человека с таким смешным лицом очень грустные были глаза. Потом я узнал, что происходит, семейные дела… все погибли у него. Он от горя пил. Но я его не видел пьяным. На съемках он всегда был трезвый, но после съемки исчезал. Не очень разговорчивый был. Когда он болел, он мне позвонил из Еревана и сказал, что обо мне снимают документальное кино, и мы по сценарию должны приехать в Тбилиси. Ты, говорит, тоже должен со мной сняться. А я в это время болел очень сильно, грипп был какой-то, вирус. Мы в ресторан неожиданно пришли: там люди обалдели, когда нас увидели. Зал был полный, мы там снимали, говорили о жизни, о творчестве, о том, о сем, о Данелия, о кино. Он был похудевший, выглядел неважно. Потом его не стало. И вот я увидел этот документальный фильм. И он весь фильм, пока мы с ним говорим, гладит меня по щеке. Видно, он знал, что я болею. Я не помню этого момента, но весь разговор у него рука на моей щеке, он что-то говорит, спрашивает и руку не убирает. Мне повезло, что я попал в кинематограф. Я работал с гениальными артистами, очень многими, сейчас всех перечислить трудно. Почти всех уже нет. Когда открывали памятник фильму "Мимино" в Авлабари, меня привезли туда, мне было неудобно стоять, потому что ни Фрунзика, ни Леонова уже нет. Я даже извинился, говорю: простите, что я пришел сюда, потому что как-то неудобно.
– Как появилась идея этого памятника?
– Идея появилась у Церетели, я вообще об этом ничего не знал. Мне позвонили из Москвы, сказали, что сделал Церетели памятник. Позвонили, кстати, из Кремля, сказали, что его будут ставить на Чистых прудах, около дома Данелия. Потом Путин обиделся на Мишу Саакашвили и сказал, чтобы не ставили памятник.

Радио СВОБОДАhttp://www.svoboda.org/content/article/27043755.html 

Георгий Кобаладзе
Опубликовано 30.05.2015 09:04




Печать